ИГУ Миллионы уникальных объектов профессора Медведева
/ru/news/2013/details/news-id657
Миллионы уникальных объектов профессора Медведева
19 августа 2013
Medvedev

Интервью с заведующим кафедрой археологии ИГУ, профессором Г.И.Медведевым ко Дню археолога.

15 августа вся Россия отметила День археолога. Это праздник ученых, которые исследуют историю прошлых времен по сохранившимся вещественным памятникам наших далеких и близких предков. Об археологии, истории ее развития в Иркутской области, тайнах, скрытых в недрах земли, нам рассказал заведующий кафедрой археологии ИГУ, профессор Герман Медведев.

– А давайте я начну с другого нашего праздника. 7 августа все в России поздравляли друг друга с днем экспедиций. Этот праздник придумал в 1964 году мой друг Михаил Петрович Аксенов, профессор нашего университета. Между Днем железнодорожника 1 августа и Днем археолога – две недели. Помню, Михаил Петрович мне сказал:«Герман, две недели ждать, а давай придумаем что-нибудь, например…день экспедиции». Желание Михаила Петровича было настолько убедительным, что этот праздник сначала отмечали у нас в лабораториях, а теперь он разошелся по стране.
– По поводу того, кто изобрел день археолога, существует много версий. Наиболее достоверная и принимаемая большинством это – 1937 год, Ладога, вторая половина дня, профессор Равдоникас нервно ходит по раскопу. И вдруг говорит: «Слушайте, что же мы с вами здесь сидим – сегодня же день археолога! Срочно собираемся и готовим праздничный ужин!». С того времени и начали отмечать. А за рубежом существует свой день археологии. Отмечается он 9 декабря и называется День Винкельмана, в честь одного из основателей археологии XVIII века.
– Археология в регионе, как фундаментально оформленная наука, возникла с рождением Иркутского госуниверситета. Молодежь сразу ринулась в эту область. Так появилась иркутская школа археологии. Тогда, в 1922 году, был создан единственный в течение долгого времени биолого-географический НИИ. Одним из пяти учредителей института был профессор Бернгард Эдуардович Петри – этнолог, этнограф, археолог, религиовед.
– В 1937 году археологию расстреляли. Был расстрелян Петри, были расстреляны руководители отделений в Томске, Омске и других городах. Самые выдающиеся, интересные, интеллектуально-оперативные умы были убраны из жизни. НКВД признал археологию и этнографию невероятно вредными для советской власти по одной простой причине – они не приносили непосредственного результата народному хозяйству и отнимали много средств. Но, как видите, остановить развитие науки оказалось не под силу.
– Возрождение археологии в Иркутском университете началось примерно с 1950 года. Стартом для ее развития стали академические экспедиции в районе строительства Братской ГЭС. Тогда здесь появились столичные археологи, бывшие специалисты кафедры Петри: Михаил Михайлович Герасимов и Алексей Павлович Окладников.
– Один из главных результатов Петринской школы археологии, своего рода бренд нашего университета – это РАСК (региональная археологическая студенческая конференция). Проводим ее только мы, и в следующем году это произойдет в 55 раз. Конференцию можно назвать школой прогноза археологических исследований в Сибири. Это институт воспитания профессионализма молодых ученых, если угодно – малая академия археологии. Здесь рождается то, что не всегда бывает в вузовской аудитории, и чего никогда не бывает в академическом кабинете. Как пример, центр изучения человека в Казахстане. Создал его по намеченной нами перспективе ученый, который приезжал к нам на РАСК. Вот вам, пожалуйста, роль иркутской археологии!
– К концу 2013 года мы готовим к выпуску книгу «Геоархеология». Это совершенно уникальное первое в мире археологическое издание подобного плана! Книга готовится 16 лет и будет переведена на арабский и японский языки.
– Археология – это нравственная основа государства. Это было известно еще Александру II, который вызвал графа Уварова и сказал: «Музей надо делать археологический». Граф Уваров выполнил распоряжение государя, и теперь музей стоит на Красной площади.
– К сожалению, не все удается спасти. На Братском водохранилище скоро закончится полный размыв всех археологических местонахождений. Под воду ушло более 100 миллионов археологических предметов! А сколько пропало комплексов, которые остались неизученными? Например, совершенно уникальное поселение то ли поздних тюрков, то ли ранних бурят. Пришло море, размыло по полкилометра поверхности склонов, и все ценности ушли в воду. Просто сердце кровью обливается. Я свидетель всех затоплений, начиная с Иркутской ГЭС. Потом была Братская ГЭС, Усть-Илимская ГЭС, где мы провели разведку, выявили 60 объектов, и лишь один из них немножко раскапывали. Остальное ушло под воду. Причем там такие объекты были, такая аналитика геологическая, геоархеологическая, геоморфологическая, просто фантастическая аналитика!
– В земле лежат миллионы совершенно потрясающих уникальных объектов. Посмотрите, центральная аллея в парке Парижской коммуны – там как минимум 25 великолепнейших погребений! Прямо под асфальтом, и пяточки торчат. На улице Джамбула новый жилой комплекс, а перед ним великолепный палеолит 30-го тысячелетия. Ново-Ленино – материал древнее 250 тысяч лет. И это только в городе! На местности Бильчир мы нашли признаки пребывания человека, а жил он за рубежом одного миллиона лет. Но, чтобы добраться до этого слоя, надо вскрыть 16,5 метров земли. А ведь в этой толще практически каждый метр может содержать археологические материалы. Нужно около тысячи человек, которые бы копали и копали. И мы бы вышли на глубину.
–Мы нашли раннеплейстоценовые материалы, возраст которых уходит за миллионы лет. Мы продолжаем раскопки китойской неолитической культуры, гены которой идут ко всем народам циркумполярной области. Мы откопали северный булат, который интересен не меньше дамасской стали. Спектральный анализ установил, что инструментальная сталь того далекого прошлого по качеству выше сегодняшней. А ей за тысячу с лишним лет. Тимур вывозил всех мастеров к себе. Они умерли, и с ними ушло искусство изготовления булата. А здесь, первые русские меняли свои ножи на эвенкийские. Потом русские дошли до Америки, так американцы меняли свою сталь на русскую. Ниже по Ангаре лежит огромная площадь, я бы сказал, целый город металлургии: с жильем, погребениями, горнами. Он еще «живой», его можно раскопать. В районе Усть-Илима есть огромные площади плавилен, кузниц. Ни один археолог там еще не был. Вот вам перспективы!
– Мы должны создать Байкальский национальный центр изучения человека. Если этот центр будет создан, то за ним будущее. Тогда у нас не будет ни национальных, ни географических различий в проблематике. Мы будем просто выбирать – где лучше решать тот или иной вопрос, на чьей основе ставить конкретную тему.

– Перспективы у иркутской археологии ограничений фактически не знают. Если взять только три блока – лимноархеологию, горную и платформенную, то этого достаточно на тысячу институтов. Тематики хватит на сотни лет. Иркутяне вышли на монографический уровень археологических исследований, и это очень важно.